ИНТЕРВЬЮ НОМЕРА

ТЕСТ ЛЮШЕРА: ИЗ ПЕРВЫХ РУК

Цветовой тест Люшера... Самая популярная методика среди российских психологов, в известном смысле — самая массовая. Сколько может остаться в ней неясностей? Оказалось, не так уж мало.

Мы беседуем с профессором, доктором мед. наук Изяславом Петровичем ЛАПИНЫМ, который на протяжении нескольких лет вел личную переписку с доктором Люшером и получал ответы на все вопросы, связанные с использованием методики, от ее автора. Первое, что мы с удивлением узнали: Люшер жив, здоров и, несмотря на возраст — родился он в 1923-ем году — много и плодотворно работает.

“ПГ”: И все-таки — ЛЮшер или ЛюшЕр?

И. Л.: Иногда говорят, что все равно, как человека называть, куда поставить ударение — от этого, мол, ничего не изменится. Но это же не так! Представьте свою фамилию, фамилию любого из тех, кого вы знаете... Я обратил внимание на то, что многие наши психологи говорят “тест ЛюшЕра”, “по ЛюшЕру” и так далее. Я не знал, как надо — может быть, он француз? Живет он в Швейцарии, где, как Вы знаете, есть немецкоязычная, франкоязычная и италоязычная части. И вот, чтобы уточнить некоторые детали этого теста, я стал переписываться с доктором Люшером. Как проще всего выяснить, где ставить ударение в фамилии? Спросить у самого человека. Что я и сделал. В письме я поставил ударения и спросил — как Вы считаете правильным и как Вы предпочитаете. На что он мне ответил: я только ЛЮшер. Это старая немецкая фамилия, пишется через u-umlaut, единственное послабление — английский вариант, потому что в англоязычных машинках и компьютерах нет этой буквы. Там он ЛУшер.

Итак, Макс ЛЮшер — немец. Очень продуктивно работающий человек, который стал известен еще в 40-е годы не только благодаря вот этому тесту — ведь это только часть того, что он делает. Помимо цветового теста Люшера, есть, например, еще Тест цвета и формы Люшера, “Farb und Form Test”.

“ПГ”: Несколько слов о Люшере как о человеке. Первая черта, которую Вы отметили — это продуктивность.

И. Л.: Что я заметил во время общения с ним? Как говорил Бюффон: “Человек — это стиль.” Например, стиль общения с неизвестным человеком, который просто заинтересовался его методикой. Я не посылал ему длинный список своих научных работ, я просто проявил интерес к его тесту. И человек был настолько любезен... Это даже больше, чем любезность. Он был добр, он был щедр. Он писал мне длинные письма, в которых давал подробное объяснение всех сложных вопросов работы с методикой, которые я задавал. Вот это все он мне любезно высылал “за красивые глаза”. Какой-то элемент саморекламы здесь, конечно, есть — он же о своих методиках писал, каждый ученый заинтересован, чтобы его наука, его данные, его информация распространялись как можно дальше и как можно больше людей заразили. Но многие другие ученые, точно так же заинтересованные в распространении своей информации, этого не делали. Более того: если я давал его адрес кому-то из коллег, которые интересовались этим, столь же любезно он отвечал и им, помогал с литературой, с бибилиографией — конечно, это очень облегчало работу.

Если человек — это система отношений, то это было его отношение к нам, к неизвестным людям из далекой пред-азиатской страны. Мне кажется, такое его отношение, такой его стиль очень во многом его характеризует.

“ПГ”: Первый вопрос, связанный с использованием этой методики — имеют ли значение цвет и форма карточек? Спрашивали Вы об этом у самого Люшера?

И. Л.: Конечно! Он говорит: если вы сопоставляете, всегда нужно иметь стандартные цвет и форму карточек. Нет просто синего, зеленого, красного — даже для маляров существует сорок или пятьдесят оттенков каждого цвета. Оттенок имеет огромное символическое значение, вызывает разные ассоциации и ведет к разным предпочтениям. Например, у японцев есть два особенно традиционных, особенно символичных синих цвета. Один называется “аи”, цвет волны, цвет моря, которое омывает берега Японии. Моря бывают разного цвета, и с этим очень многое связано... И есть еще синий, который называется “мизуиро”, совсем другого оттенка. А “вообще синего” в японском языке не существует.

Большим достоинством предложения Люшера, достоинством его методики является то, что мы имеем стандарты, в известном смысле эталоны цвета. Во всех других вопросах, которые касаются цвета и психологии, мы говорим не “синий”, мы говорим “Люшеровский синий”.

Я вижу, как наши коллеги ставят этот тест — они пользуются набором, который сделан в “знакомых” типографиях или самостоятельно. Мы сверяли разные цвета, выкладывали рядом 4-5 наборов, я клал набор, присланный самим Люшером, и смотрели. Есть цвета совершенно “из другой области”, особенно это касалось того же синего. Поэтому сопоставление работ, которые проводятся, мягко скажем, затруднительно. Не говоря уже о том, что отличались и другие условия — размер, форма карточки. Кстати, в англоязычном варианте — американском издании, даже более распространенном, изданном в
69-ом году, и с тех пор несколько раз переизданном, с хорошим переводом Яна Скотта, — прилагаются карточки — вытянутые прямоугольнички, серьезно отличающиеся по цветам от Люшеровских.

“ПГ”: Да, в мире существует несколько принятых вариантов наборов карточек. Один из них — швейцарский, другой американский. Есть еще немецкий и японский варианты. И в каждом — различия по одному-двум цветам. Когда в России ИМАТОН начал выпускать стимульный материал к методике, то были доступны швейцарский и американский варианты, надо было выбирать, и выбор остановили на швейцарском. А какие еще типичные ошибки вы заметили у наших психологов, когда они пользуются тестом Люшера?

И. Л.: Все инструкции к тесту стандартны. Условие, которое, казалось бы, элементарно и обязательно, но часто не выполняется: карточки должны быть разложены на каком-то фоне, чаще всего на белом. Это давно известно: желтый квадрат на зеленом, на красном и на белом фоне — это совершенно разные желтые квадраты. Другая ошибка, как правило, неосознаваемая, заключается в том, что этот тест проводится один раз. Хотя многие знают, что более валидным по предпочтениям является второй тест, если он делается сразу же: смешали карточки и снова разложили... Почему это ошибка? Она влечет за собой принципиальную ошибку на консультации. В свое время мы проводили исследование, касающееся как раз ретестирования. У нас была достаточно большая выборка, несколько сотен человек, очень хорошие математики составили программу по оценке степени и математической вероятности достоверности различия в последовательных выборах одного и того же человека. Так вот, оказалось, что более 50-ти процентов — в разных выборках по-разному, где-то 52%, где-то 56% — нормальных, здоровых людей выбирают математически, статистически, достоверно — НЕСТАБИЛЬНО.

Ошибка, свойственная непрофессионалам — ответ на то, ЧТО измеряет эта методика. Вот какой шедевр выпустило одно московское издательство. Если цветовой выбор — показатель характера, как у нас с панталыку пишется — что, у вас утром был один характер, а вечером другой? Это и не черта личности, которая также является достаточно устойчивым образованием. К счастью, в среде профессионалов разных мнений по поводу того, что диагностирует эта методика, нет — эмоциональное состояние человека, его психологический статус.

Я не успел спросить у доктора Люшера — как доказывается наукой то, что если человек выбрал какой-то цвет, то он — “такой-то”? Многие психологи мне отвечали — надо найти первые работы Люшера, там наверняка все это приводилось. Но я не нашел этого.

Если мы говорим вообще о науке, не только о психологии — это называется вероятностное прогнозирование. В дактилоскопии — это точно: если есть отпечаток пальца, то это Иванов, а не “вероятно, что это Иванов”. А здесь есть смысл говорить о том, что если у человека есть последовательное предпочтение цвета, то имеется вероятность такого-то состояния. Но, в любом случае, при всей моей симпатии к доктору Люшеру и при том, что я патриот этого теста, одного этого недостаточно.

Материал подготовлен Т. А. ДЕВЯТОВОЙ